На четвертом круге рассмотрения адвокат добился повторного оправдания по делу о мошенничестве

В комментарии «АГ» защитник оправданной рассказал, что обвинение было построено в большей степени на свидетельских показаниях, а большинство свидетелей являлись сотрудниками администрации Урванского муниципального района КБР и должностными лицами, зависимыми по различным причинам от правоохранительных органов и прокуратуры. Между тем прокуратура уже подала жалобу. Как стало известно «АГ», 3 апреля Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики оправдал гражданку З., обвинявшуюся в совершении мошенничества в крупном размере, признав, что в ее действиях отсутствовал состав преступления. Чтобы прийти к такому выводу, суд рассмотрел дело четыре раза. Защитник оправданной, адвокат АП КБР Рустам Тарханов рассказал о ходе рассмотрения дела и о том, каким образом ему удалось добиться признания подзащитной невиновной. Возбуждение уголовного дела 30 сентября 2014 г. З. зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя – главы крестьянского (фермерского) хозяйства, а затем предоставила в администрацию Урванского муниципального района КБР необходимые документы для участия в конкурсном отборе по поддержке малого и среднего предпринимательства. Тогда победителем был выбран другой предприниматель. 5 декабря 2014 г. З. прекратила регистрацию в качестве ИП. Вместе с тем 23 декабря победитель конкурса сообщил комиссии об обстоятельствах, исключающих получение им гранта, после чего та признала З. победителем. Позднее женщина вновь зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя. В 2016 г. в отношении З. было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 159 УК. Как посчитало следствие, женщина первоначально зарегистрировалась в качестве ИП с целью обогащения за счет гранта, скрыла от конкурсной комиссии факт прекращения предпринимательского статуса и, таким образом, путем обмана похитила перечисленные на ее расчетный счет 300 тыс. руб., которыми распорядилась по своему усмотрению, причинив государству материальный ущерб в крупном размере. <Первый круг Рассмотрев уголовное дело, 21 ноября 2018 г. Урванский районный суд КБР вынес оправдательный приговор. Суд заметил, что З. не участвовала во внеочередном заседании конкурсной комиссии, а решение о признании ее победителем конкурса принималось на основе повторного изучения ранее предоставленных ею документов. Согласно подписанному с З. договору грант она могла использовать лишь после регистрации в качестве индивидуального предпринимателя либо регистрации юридического лица, а также после прохождения кратковременного обучения основам предпринимательской деятельности. В 2015 г. З. отучилась на курсах и снова зарегистрировалась в качестве ИП, кроме того, она отчиталась перед администрацией Урванского района о том, что за первый квартал 2015 г. не использовала грант, а в дальнейшем он был использован по назначению. Суд не установил доказательств того, что по прибытии в администрацию для заключения договора З. сообщала членам комиссии какие-либо ложные сведения или умолчала о снятии с регистрационного учета в качестве ИП. Кроме того, один из членов конкурсной комиссии, добросовестно заблуждаясь, имел возможность выражать ошибочное мнение о необязательности быть на данном этапе индивидуальным предпринимателем, чем ввел З. в заблуждение относительно законности ее действий. Кроме того, указал суд, вопреки доводам следствия, по делу не представлены доказательства того, что изначально, при предоставлении перечня документов умыслом З. охватывалось совершение хищения выделяемого гранта путем введения в заблуждение членов комиссии. Таким образом, З. была оправдана, и за ней было признано право на реабилитацию. Не согласившись с приговором, прокуратура направила апелляционное представление в Верховный Суд КБР. Рассмотрев дело, апелляция указала, что начальник ОИТ МКУ «Управление финансов» администрации Урванского муниципального района А., выступающий свидетелем по делу, рассказал, что комиссия по проверке целевого использования средств гранта установила факт невыполнения З. условий договора. По его словам, использовать их без регистрации в качестве индивидуального предпринимателя З. не имела права, однако отчиталась о расходах на реализацию проекта, не состоя на учете как ИП, чем ввела в заблуждение администрацию. Кроме того, она не создала рабочее место в установленные договором сроки, а деньги использовала не по целевому назначению. ВС КБР заметил, что первая инстанция признала не соответствующими действительности показания Ж., О. и А. на основании заключения проведенной по заявке адвоката подсудимой лингвистической судебной экспертизы, которой установлены полностью совпадающие фрагменты их опросов, и что при создании текстов показаний этих свидетелей использовались одинаковые тексты для копирования с применением технологии copy-paste с незначительным редактированием исходного текста, и что при копировании сохранены одинаковые ошибки. «Между тем судом не принято во внимание, что указанная экспертиза была проведена и получена по заявке адвоката, без соблюдения установленной законом процедуры назначения и проведения экспертизы», – указал апелляционный суд. Он также обратил внимание на доводы апелляционного представления о том, что З. периодически состояла на налоговом учете в качестве индивидуального предпринимателя: 13 апреля 2015 г. она перечислила на счет сына из средств гранта 270 тыс. руб. и в тот же день прекратила регистрацию в качестве ИП, а следующая ее регистрация в 2016 г. совпала с проводимыми в тот же период сотрудниками УФСБ России по КБР проверочными мероприятиями по целевому использованию ею гранта. На момент ежеквартальных проверок членами комиссии в июне – декабре 2015 г. З., не являясь индивидуальным предпринимателем, продолжала расходовать средства гранта, а товарные чеки и платежные поручения по приобретению ее сыном за наличный расчет комплектующих для строительства теплицы не доказывают расходование денежных средств на приобретение семян, препаратов и удобрений, что было предусмотрено ее бизнес-планом. В связи с этим 15 января 2019 г. Верховный Суд КБР отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение. Второй круг рассмотрения По итогам повторного рассмотрения дела Урванский районный суд признал, что более года З. не являлась ИП и не осуществляла предпринимательскую деятельность, не расходовала деньги по целевому назначению, не создала рабочее место, не сделала никаких отчислений в пенсионный фонд, отчитывалась как предприниматель, не являясь им. При этом комиссии она не говорила о прекращении предпринимательской деятельности, что свидетельствует о том, что с самого начало целью З. было получение гранта не для занятия и развития предпринимательской деятельности, а его хищения путем обмана. В связи с этим 10 сентября 2019 г. суд признал ее виновной и назначил наказание в виде штрафа в размере 100 тыс. руб. Он также удовлетворил гражданский иск, взыскав с подсудимой в общей сложности 300 тыс. руб. в пользу бюджета России, КБР и бюджета Урванского муниципального района. Адвокат АП КБР Рустам Тарханов обжаловал приговор, указав, что в нем не установлены мотив и цель совершения преступления. По его мнению, уголовное дело было сфабриковано сотрудниками правоохранительных органов, а показания свидетелей обвинения непоследовательны и нелогичны. Защитник заметил, что суд односторонне оценил представленные доказательства, не исследовав и не огласив показания ряда свидетелей и оставив без какой-либо оценки те показания, которые они давали на различных этапах расследования и рассмотрения дела. Тем самым, как указал адвокат, были нарушены право его подзащитной на справедливую защиту и принцип равенства всех перед законом. Он также указал, что в основу приговора легли показания свидетелей обвинения, и только в той части, в которой это было выгодно для вынесения обвинительного приговора. Тем не менее ВС КБР пришел к выводу: в описательно-мотивировочной части приговора первая инстанция указала, что З. совершила хищение чужого имущества путем обмана из корыстных побуждений, желая материально обогатиться, и раскрыла подробно, в чем выражались ее действия. Апелляция указала, что сын З. – предприниматель купил за наличный расчет комплектующие для строительства теплицы, а она перевела ему деньги, т.е. не расходовала грантовые средства по целевому назначению. О том что изначально З. преследовала таковые цели, свидетельствует и то, что при подаче документов для участия в конкурсе был представлен диплом о высшем образовании сына, тогда как З. не имела высшего образования. Апелляционный суд посчитал, что отсутствие претензий со стороны администрации не влечет отмену приговора, поскольку исследованные доказательства подтверждают вину З. в совершении умышленного преступления. При этом он признал наличие смягчающих наказание обстоятельств и снизил размер штрафа до 30 тыс. руб. 16 июля 2020 г. Пятый кассационный суд общей юрисдикции, рассмотрев кассационную жалобу защитника, отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций, вынесенные при втором рассмотрении дела, а также первое решение об отмене оправдательного приговора и направил дело на новое апелляционное рассмотрение. Кассация заметила, что ранее ВС КР, вопреки установленным в ч. 4 ст. 389.19 УК запретам, передавая дело на новое судебное разбирательство, предрешил вопросы достоверности и недостоверности ряда доказательств, подлежащих исследованию и оценке судом. В итоге вынесенный при новом рассмотрении дела приговор был основан в том числе на доказательствах, оцененных апелляцией. Третий круг рассмотрения При новом апелляционном рассмотрении Верховный Суд КБР указал: первая инстанция, придя к выводу о том, что стороной обвинения не представлено достаточных доказательств, подтверждающих вину З., не дала должной оценки ее действиям и показаниям, данным с участием защитника в качестве подозреваемой и обвиняемой, из которых следует, что она не была постоянно зарегистрирована в качестве ИП и должна была отчитываться о расходах, произведенных за безналичный расчет. Как указала апелляция, суд первой инстанции не исследовал в полной мере все доказательства стороны обвинения и не дал надлежащей оценки в совокупности всем установленным доказательствам. В связи с этим ВС КБР вновь отменил оправдательный приговор и направил дело на новое рассмотрение, по итогу которого З. вновь была признана виновной. Апелляция все же пришла к выводу о невиновности обвиняемой Рассмотрев апелляционную жалобу Рустама Тарханова, Верховный Суд КБР пришел к выводу, что изложенные в приговоре выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не основаны на исследованных доказательствах. Более того, указанные в оспариваемом приговоре процессуальные документы – постановление о возбуждении уголовного дела, рапорт об обнаружении признаков преступления не могут расцениваться в качестве доказательства виновности подсудимой. Судебная коллегия отметила, что предъявленное З. обвинение не содержит суждений, в отношении кого персонально и когда ею был совершен обман, в чем конкретно заключались ложные данные. В обоснование предъявленного обвинения органами предварительного расследования, равно как и судом первой инстанции в приговоре, указано, что обвиняемой «обязательства по целевому использованию гранта не выполнены», однако сведения о том, как именно были освоены ею денежные средства, не отражены. Между тем материалы дела содержат сведения о порядке распоряжения З. полученным грантом и сроках его освоения, этапах строительства теплицы, отраженные в актах проверки ее деятельности, осуществленной должностными лицами администрации Урванского района КБР. Апелляция указала, что приведенные в приговоре доказательства, в том числе и показания свидетелей – членов конкурсной комиссии, подтверждают лишь факт предоставления гранта З. и последующее его использование. При этом ни одно из указанных судом первой инстанции доказательств однозначно не свидетельствует о наличии у нее умысла на хищение денежных средств. Проанализировав показания свидетелей – членов комиссии, судебная коллегия отметила: протоколы их допросов не содержат утверждений о том, что З. их обманула или же ввела намеренно их в заблуждение с целью хищения денежных средств, как это изложено в оспариваемом приговоре и в обвинительном заключении. Таким образом, 3 апреля ВС Кабардино-Балкарской Республики признал З. невиновной в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, а также признал за ней право на реабилитацию. Прокуратура подала кассационную жалобу В комментарии «АГ» Рустам Тарханов рассказал, что обвинение З. было построено в большей степени на свидетельских показаниях. Большинство свидетелей обвинения по делу являлись сотрудниками администрации Урванского муниципального района и должностными лицами, зависимыми по различным причинам от правоохранительных органов и прокуратуры, что особенно затрудняло работу стороны защиты. «Однако несмотря даже на данный факт, защите удалось в ходе судебного разбирательства убедить суд, что их показания противоречивы, сомнительны, не стыкуются между собой и не могут быть положены в основу приговора для признания подсудимой виновной», – отметил он. Адвокат рассказал, что показания свидетелей, данные ими в ходе предварительного расследования, изложенные в протоколах их допросов, в точности совпадали между собой, что было подтверждено и заключением лингвистической экспертизы, установившей идентичность их содержания на 99,9%, и кардинально отличались от тех показаний, которые они давали в судебных заседаниях, что в итоге и стало одним из оснований для вынесения приговора. «Со дня возбуждения уголовного дела до закономерного итогового решения прошло более шести лет. За это время было вынесено семь судебных актов судами различных инстанций. Долгие годы работы стороны защиты возымели эффект, и судебная коллегия по уголовным делам ВС КБР пришла к выводу о том, что по делу отсутствует совокупность достоверных и достаточных доказательств наличия в действия З. состава инкриминируемого ей преступления, ввиду чего и был вынесен оправдательный приговор с признанием за ней права на реабилитацию. Однако прокуратура уже подала кассационную жалобу. Будем бороться и дальше», – указал Рустам Тарханов.