Главное – не быть безучастным

Ветеран специальной военной операции Азамат Зарифович Утяганов, адвокат Республики Башкортостан, член АБ «ЮСТАС», в беседе с пресс-службой Адвокатской палаты Республики Башкортостан рассказал о своем участии в боевых действиях. Эта беседа состоялась незадолго до ухода Азамата Зарифовича из жизни. Адвокатская палата Республики Башкортостан и Федеральная палата адвокатов Российской Федерации приносят глубокие соболезнования его родным и близким, друзьям и коллегам. – Азамат Зарифович, кто послужил Вам примером? – Прежде всего – дед, который сражался за Победу в Великой Отечественной войне. Также послужил примером поступок президента Адвокатской палаты Республики Башкортостан Булата Гумеровича Юмадилова. Он в декабре 2022 г. добровольцем отправился на СВО. – Как восприняли Ваше решение члены семьи, коллеги, друзья?  – Никому не говорил заранее. В 17:00 ч. подписал контракт, а в 19:00 ч. позвонили: «Завтра в 10 утра – в военкомат Уфы». Жена была в шоке – потеряла дар речи, ничего не могла сказать. Остальные узнали, что я на СВО, уже спустя некоторое время. – Где Вы служили? Какие задачи выполняли?  – Меня направили в мотострелковую бригаду, я служил в штурмовой пехоте. Нам была поставлена задача штурмовать позиции противника в населенном пункте и удерживать их. Между боями мы жили в подконтрольном городке – снимали дом. Была возможность помыться в бане, поесть, выспаться. Это помогало продолжать штурм. – Расскажите о самом тяжелом штурме.  – Самым тяжелым был выход на позиции врага с последующим удержанием обороны – нужно было продержаться до подхода другой бригады. Мы оборонялись 11 дней. Я охранял так называемую «вышку» – на высоком шесте был закреплен прибор связи. Его нужно было держать в вертикальном положении, не допускать повреждений и постоянно перемещаться, чтобы противник не вычислил координаты. Прибор весил немало, мне приходилось переносить его вручную – и при этом сохранять устойчивую связь. Обстреливали, атаковали дронами. Приходилось постоянно менять позиции. Командование требовало ежечасно докладывать об обстановке: кто прибыл, кого нужно эвакуировать, какие боеприпасы доставлены, есть ли еда, вода. Фактически я был связующим звеном между передовой и командованием. Когда пришла замена, передал обязанности и ушел на эвакуацию. Попал в госпиталь, так как сильно обморозил ноги. Оттуда вернулся домой. – Адвокатское сообщество Башкортостана с начала СВО активно помогает участникам спецоперации. В ваш батальон доставлялись гуманитарные грузы?  – Да, гуманитарные грузы от адвокатов республики, близких, волонтеров Башкортостана к нам доставлялись. За что я безмерно благодарен всем организаторам гуманитарной помощи. От полученных гостинцев поднимался боевой дух. – Что было наиболее необходимо Вам и Вашим сослуживцам?  – Прежде всего – жгуты, бинты, обезболивающие. Также очень ценили носки, перчатки, сухие пайки. А еще – сигареты, сгущенку, карамельки. – Изменилось ли после возвращения Ваше отношение к профессии?  – Отношение к профессии не изменилось. Но теперь я чаще оказываю помощь гражданам по вопросам, связанным со статусом участника СВО, выплатами, льготами, оформлением документов. – Какой совет Вы бы дали молодым адвокатам, которые размышляют о гражданской позиции и долге?  – Мы должны быть едины и в тылу, и на фронте. Если вы не хотите идти воевать – это ваше право, и это не предательство. Но, находясь в тылу, вы обязаны любить свою Родину и помогать фронту – делом, а не словами. Как сказано в Конституции России: «Защита Отечества – долг и обязанность гражданина Российской Федерации». Для каждого небезразличного человека защищать Отечество – это священный долг. А исполнять его можно по-разному – и на передовой, и в кабинете адвоката. Главное – не быть безучастным. – Нужны ли, на Ваш взгляд, какие-либо изменения в адвокатуре?  – Необходимо укреплять монополию адвокатуры в сфере защиты по уголовным делам, вводить профессионализацию судебного представительства на основе адвокатуры. Сегодня слишком много «юристов», которые, зная, где можно нажиться, обещают невозможное и берут огромные гонорары. У них нет Кодекса профессиональной этики. Им неважно, что клиент потеряет не только деньги, но и последние надежды.