Предметом спора был вопрос о допустимости взыскания в качестве убытков процентов, уплаченных принципалом гаранту за пользование денежными средствами, которые были израсходованы гарантом для выплаты бенефициару по гарантии, до момента их возмещения принципалом гаранту.